Боря. Личное

Примерно до 29 лет занимался всякой ерундой, не очень понимая, зачем это все, а потом пришел в ЦЛП и моя жизнь круто изменилась. Начал я с волонтерства в группе подготовки к школе детей с ТМНР, потом присоединился к проекту «‎Рабочий полдень» фонда «‎Жизненный путь», начал работать со взрослыми. Параллельно я пытался изучить, чем я вообще занимаюсь —  например, читал книги про арт-терапию, музыкальную терапию, игры с аутичными детьми, ходил на курсы по игровой педагогике и позиционированию. 

Потом я начал работать в ЦЛП координатором волонтеров, искал людей, которые могли бы помогать на группах в ЦЛП, а также в детских домах-интернатах и ПНИ. Волонтерство при этом я не бросал, находил время на работу и с детьми, и со взрослыми, ездил в лагерь на Валдае на несколько смен.

Незадолго до зимы 2020 года я присоединился к Юле и Андрею на спортивных тренировках. Благодаря Юлиным рассказам я очень заинтересовался сенсорной интеграцией и группами общения. Еще с ее помощью я смог совсем под другим углом взглянуть на игровую педагогику (по сути она была моим негласным супервизором). 

Проект Андрея и Юли меня очень заинтересовал —  в первую очередь потому, что я разделял их взгляды на работу с людьми с особенностями развития (пусть и не во всем соглашался мировоззренчески) и в целом увидел в них что-то, чего ни до, ни после не видел ни в одном педагоге. Ну, еще мы сдружились, это тоже не так часто происходит нынче)

Сейчас я работаю с особыми взрослыми в тренировочных квартирах проекта «‎Дом под крышей» фонда «‎Жизненный путь», продолжаю волонтерить в ЦЛП, обучаю одного аутичного мальчика английскому, другого —  игре на гитаре. Ну, и стараюсь достаточно много сил уделять «‎Я-команде», конечно)

В свободное время покупаю горы книг и не читаю их, потому что нет времени, пишу песни (то есть сижу часов шесть у компании без дела), играю с котом, бегу сломя голову по 10-15 километров, сплю. Последнее пока получается хуже всего.